Aug. 15th, 2011 02:25 pm
k_a_t_z: (heart)

Christina Rossetti (1830 — 1894)

In the bleak midwinter
Frosty wind made moan,
Earth stood hard as iron,
Water like a stone;
Snow had fallen, snow on snow,
Snow on snow,
In the bleak midwinter
Long ago.

Кристина Россетти

Той зимой морозной
Ветер выл сурово,
Мир застыл как камень,
Сталью вод окован.
Снег ложился, падал снова,
Падал снова
Той зимою древней
И суровой.

(c)Перевод. k_a_t_z, 2011
k_a_t_z: (heart)
9.68 КБ
Dark of the Moon [1926]

Sara Teasdale (1884-1933)


It was a night of early spring,
The winter-sleep was scarcely broken;
Around us shadows and the wind
Listened for what was never spoken.

Though half a score of years are gone,
Spring comes as sharply now as then---
But if we had it all to do
It would be done the same again.

It was a spring that never came,
But we have lived enough to know
What we have never had, remains;
It is the things we have that go.

Сара Тисдейл


Был сон зимы ещё глубок
Весенних сумерек в начале,
Затих в надежде ветерок,
Но те слова не прозвучали.

Хоть два десятка лет отмерь,
Весеннего не сдержишь зова —
Но, окажись мы вместе снова,
Всё повторилось бы теперь.

Не пели нам весны свирели,
Но знает тот, кто седовлас:
Лишь то теряем, что имели —
Что не сбылось, то всё при нас.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010


Aug. 9th, 2010 06:44 am
k_a_t_z: (Default)
22.63 КБ

Sara Teasdale (1884-1933)


There will be stars over the place forever;
Though the house we loved and the street we loved are lost
Every time the earth circles her orbit
On the night the autumn equinox is crossed,
Two stars we knew, poised on the peak of midnight
Will reach their zenith; stillness will be deep;
There will be stars over the place forever,
There will be stars forever, while we sleep.

Сара Тисдейл


Здесь будут звёзды, как сегодня, вечно,
Когда и улицы, и дома сгинет след.
Осенних равноденствий счёт прибавит
Земля, свой круг свершив среди планет.
В зенит полночный, как сейчас над нами,
В тиши взойдут заветных два огня...
Здесь будут звёзды, как сегодня, вечно.
Здесь будут звёзды жить, наш сон храня.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010


Здесь будут звёзды как всегда, как прежде,
Когда машин и дыма сгинет след.
Осенних равноденствий счёт прибавит
Земля, свой круг свершив среди планет.
В зенит полночный без проклятой гари
В тиши взойдут заветных два огня...
Здесь будут звёзды как всегда, как прежде.
Здесь будут звёзды жить, наш сон храня.
k_a_t_z: (Default)
14.80 КБ

Dylan Thomas (1914 - 1953)


The hand that signed the paper felled a city;
Five sovereign fingers taxed the breath,
Doubled the globe of dead an halved a country;
These five kings did a king to death.

The mighty hand leads to a sloping shoulder,
The finger joints are cramped with chalk;
A goose's quill has put an end to murder
That put an end to talk.

The hand that signed the treaty bred a fever,
And famine grew, and locusts came;
Great is the hand that holds dominion over
Man by a scribbled name.

The five kings count the dead but do not soften
The crusted wound nor stroke the brow;
A hand rules pity as a hand rules heaven;
Hands have no tears to flow.

Дилан Томас


Рука черкнула подпись — город сгинул.
Пять пальцев вырвали язык.
Живых в стране осталась половина.
Трон смерти — пять владык.

Рука могуча, и покаты плечи,
Суставы скрючила муштра.
Конец раздорам — и свободной речи —
Всё росчерком пера.

Одно движенье, но за ним — могила,
И глад, и мор, и саранча.
Сильна рука, чья подпись превратила
Мир в плаху палача.

Считают жертвы, но не лечат раны,
Не греют тех, кто наг и бос,
И чужды милосердья пять тиранов —
Рука не знает слёз.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (Default)
11.71 КБ

William Wordsworth (1770 - 1850)


I am not one who much or oft delight
To season my fireside with personal talk, -
Of friends who live within an easy walk,
Or neighbours, daily, weekly, in my sight:

And, for my chance-acquaintance, ladies bright,
Sons, mothers, maidens withering on the stalk,
These all wear out of me, like forms with chalk
Painted on rich men's floors, for one feast-night.

Better than such discourse doth silence long,
Long, barren silence, square with my desire;
To sit without emotion, hope or aim,
In the loved presence of my cottage-fire,
And listen to the flapping of the flame,
Or kettle whispering its faint undersong.

Уильям Вордсворт


Не слишком часто я бываю рад
Досужей сплетней скрасить вечерок —
Судачить о соседях что за прок,
Судить о ближнем, будь то друг иль брат?

Шальной красотки роковой наряд,
Иль старой девы чахнущий цветок —
Всё из души сотрётся, как мелок
С паркета, где закончен маскарад.

Я лучше у камина, одинок,
Продлю молчанья сладостного плен —
Без слов, в пустой блаженной тишине,
Без грёз, волнений, средь любимых стен,
Где чайник что-то шепчет на огне
И пламени трепещет лепесток.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (Default)
17.82 КБ

William Congreve (1670 - 1729)


Pious Selinda goes to prayers,
If I but ask the favour;
And yet the tender fool's in tears,
When she believes I'll leave her.

Would I were free from this restraint,
Or else had hopes to win her;
Would she would make of me a saint,
Or I of her a sinner.

Уильям Конгрив


Гнетёт Селинду божий страх,
Когда ломлюсь впрямую,
Но вечно дурочка в слезах —
А вдруг найду другую.

Чем бы святошу взять мою —
Иль бросить, в самом деле?
Мне со святыми быть в раю —
Иль ей со мной в постели.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010

О пьесах Конгрива:

"Комический пир Конгрива сверкает огнями, и вокруг стола, осушая чаши с игристым вином, неистово жестикулируя и сквернословя, сидят мужчины и женщины, которым прислуживают отъявленные негодяи и служанки, такие же распущенные, как их возлюбленные, - более скверной компании, пожалуй, не найти на свете. Кажется, здесь никто не притязает на высокую нравственность. Во главе стола восседает Мирабель или Бельмур (одетые по французской моде и им прислуживают английские подражатели Скапена и Фронтена). Их призвание - быть неотразимыми и побеждать всюду. Подобно героям рыцарского романа, чьи бесконечные любовные похождения и поединки стали благодаря им старомодными, они всегда великолепны и торжествуют - преодолевают все опасности, побеждают всех врагов и в конце концов покоряют красотку. Отцы, мужья, ростовщики - вот враги, с которыми воюют эти герои..."

О "Селинде":

"Какой всепобеждающий дух в этих строках! Как неотразим мистер Конгрив! Грешник! Далеко же ему до святого, этому восхитительному негодяю! Добиться ее! Разумеется, он ее добьется, неотразимый плут! И он знает это: как же иначе - с таким изяществом, с такими манерами, в таком великолепном, чудесно расшитом наряде; вот он перед вами в туфлях с красными каблуками, украшенных восхитительными узорами, проводит красивой, унизанной перстнями рукой по всклокоченному парику и бросает убийственный любовный взор вместе с надушенным письмецом".

— Уильям Мейкпис Теккерей. "Английские юмористы XVIII века" (Перевод В. Хинкиса)
k_a_t_z: (Default)
1.91 КБ
Love Songs [1917]

Sara Teasdale (1884-1933)


The world is tired, the year is old,
The fading leaves are glad to die,
The wind goes shivering with cold
Where the brown reeds are dry.

Our love is dying like the grass,
And we who kissed grow coldly kind,
Half glad to see our old love pass
Like leaves along the wind.

Сара Тисдейл


Весь мир устал, и год прожит,
Забвенья просит листьев прах,
Озябший ветерок дрожит
В засохших тростниках.

Любовь поникла, как трава,
Мы хладную ведём игру,
И наши прежние слова —
Как листья на ветру.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (Default)
4.00 КБ
Flame and Shadow [1920]

Sara Teasdale (1884-1933)

The Treasure

When they see my songs
They will sigh and say,
"Poor soul, wistful soul,
Lonely night and day."

They will never know
All your love for me
Surer than the spring,
Stronger than the sea;

Hidden out of sight
Like a miser's gold
In forsaken fields
Where the wind is cold.

Сара Тисдейл


Обо мне вздохнут:
«Не её вина —
Бедная душа,
День и ночь одна».

Им не знать вовек
О любви твоей,
Что верней весны,
Глубже всех морей —

Там, вдали от глаз,
Будто скряги клад,
Средь пустых полей,
Где осенний хлад.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (heart)

Sara Teasdale (1884-1933)

Secret Treasure (Strange Victory, 1933)

Fear not that my music seems
Like water locked in winter streams;
You are the sun that many a time
Thawed those rivers into rhyme,
But let them for a while remain
A hidden music in my brain.

Unmeaning phrase and wordless measure,
That unencumbered loveliness
Which is a poet's secret treasure
Sings in me now, and sings no less
That even for your lenient eyes
It will not live in written guise.

Сара Тисдейл


Ты не подумай, что мой стих,
Как речка средь зимы, притих.
В твоих лучах недолог срок,
Чтоб вешний забурлил поток,
Но звать его ты не спеши —
Пусть льётся в тайниках души.

Не зная рифмы, слов не зная,
Чиста, нескованна, дерзка,
В груди поэта птица рая
Поёт в тиши — хоть ей пока,
На твой нестрогий даже взгляд,
Бумажный не пойдёт наряд.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010

а ещё говорят, что "бумажный наряд", в отличие от "written guise", сбивает с толку — а вы как считаете?
k_a_t_z: (Default)
4.00 КБ
Flame and Shadow [1920]

Sara Teasdale (1884-1933)


When I went to look at what had long been hidden,
A jewel laid long ago in a secret place,
I trembled, for I thought to see its dark deep fire--
But only a pinch of dust blew up in my face.

I almost gave my life long ago for a thing
That has gone to dust now, stinging my eyes--
It is strange how often a heart must be broken
Before the years can make it wise.

Сара Тисдейл


Свет рубина, пыль и сумрак подвала –
Много лет вину… и мне не семнадцать.
А хлебнула – так в носу защипало,
Что полночи не могла проморгаться.

Что таит для нас заветная дверца –
Слёзы горькие да горькие мысли?
Много ль радости от мудрости сердца,
Коли души безвозвратно прокисли?

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (heart)
Глава 1: http://k-a-t-z.livejournal.com/121459.html
Глава 2: http://k-a-t-z.livejournal.com/121642.html

Глава 3

Олерона несколько задело равнодушие, с которым его приятельница мисс Бенгоу отнеслась к месту, его самого столь заворожившему. И в самом деле, она едва удостоила новую квартиру взглядом. Впрочем, Элси всегда относилась довольно безразлично к любым удобствам и вообще к внешним сторонам жизни. Ей куда больше подходило уплетать печенье из бумажного кулька, чем восседать на званом обеде. Журналистка-внештатница тридцати четырёх лет, рослая, броской наружности, золотоволосая и румяная, как дикая роза – она сама напоминала пышный цветок и была склонна к размашистым жестам и несдержанным эмоциям. Надо сказать, что «урвать от жизни свой кусок пирога», по её собственному выражению, мисс Бенгоу удавалось лучше, чем нашему писателю. Так, за счёт искусно замаскированной рекламы модных лавок она «урвала» большую часть своего впечатляющего гардероба. Когда Элси двигалась, за ней следовал воздушный вихрь, в котором взлетали и кружились вуали и шарфы.

Олерон уже около месяца обживал своё новое убежище, когда однажды шорох юбок на лестнице и громкий отрывистый стук в дверь возвестил о прибытии гостьи. Влетев в комнату вместе с порывом ветра, девушка бросила на стул охапку женских журналов.
дальше )

(с)Перевод. K_A_T_Z, 2010

продолжение следует

Автора и произведение пока не называю по причинам, которые разъясню позже. Конечно, по первым главам далеко не всегда можно что-то понять, но если у кого-то появятся соображения, в том числе по качеству русского текста, буду рад.
k_a_t_z: (Default)
Глава 1: http://k-a-t-z.livejournal.com/121459.html

Глава 2

В том, что касалось главного дела его жизни, литературы, Пол Олерон относился к окружающему миру в целом куда лучше, чем мир к нему, однако не слишком стремился подвести баланс или хотя бы прикинуть, насколько отстал от конкурентов в свои сорок четыре года. Да и что бы это изменило – зачем зря расстраиваться? Он уже избрал свой путь, окончательно и бесповоротно – возможно, ещё в те годы, когда так увлекался идеями бескорыстия, щедрости, благородства. Да и теперь, спроси он себя, ответил бы не задумываясь, что жизнь без крупицы благородства, щедрости и бескорыстия — не для него. Лишь в самое последнее время Олерон стал изредка ощущать некоторую неудовлетворённость, но что толку жить ожиданием упадка творческих сил, который неминуемо последует за расцветом и хочешь не хочешь, а заставит задуматься, не лучше ли было построить жизнь на менее требовательных идеалах?

Между тем, к моменту переезда в старинный дом с эмблемами страховых компаний на кирпичной кладке «Ромилли Бишоп» была дописана лишь до пятнадцатой главы.
дальше )

(с)Перевод. K_A_T_Z, 2010

продолжение следует

Автора и произведение пока не называю по причинам, которые разъясню позже. Конечно, по первым главам далеко не всегда можно что-то понять, но если у кого-то появятся соображения, в том числе по качеству русского текста, буду рад.
k_a_t_z: (Default)
Глава 1

Наверное, ни один из старожилов крошечной треугольной площади не взялся бы сказать, как давно щиты с надписями «Сдаётся внаём» торчали по ту сторону низенького штакетника, и если они когда-то и стояли прямо, то было это в незапамятные времена. Нависая над забором каждая под своим углом, доски с объявлением сильно смахивали на ряд топоров, опускавшихся один за другим на головы прохожих, хотя так ни разу и не смогли отсечь от их потока ни одного будущего нанимателя. Впрочем, никакого потока и не наблюдалось — толпа сновала в паре сотен шагов отсюда, за лабиринтом переулков и доходных домов, которые выросли за время, пока стоял старый дом, и совершенно скрыли его от глаз. Да и стоять ему, похоже, оставалось лишь до истечения сроков аренды, когда хозяева земли наверняка решат расчистить территорию.
дальше )

(с)Перевод. K_A_T_Z, 2010

продолжение следует
k_a_t_z: (heart)
1.91 КБ
Love Songs [1917]

Sara Teasdale (1884-1933)


The moon is a curving flower of gold,
The sky is still and blue;
The moon was made for the sky to hold,
And I for you.

The moon is a flower without a stem,
The sky is luminous;
Eternity was made for them,
To-night for us.

Сара Тисдейл


Златой цветок меж звёзд — луна,
Чей горний сад столь тих,
Для ласк небесных рождена,
Я — для твоих.

В объятьях неба спит цветок,
В сияньи вышних глаз.
Вся вечность — их любви чертог,
А ночь — для нас.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (Default)
4.00 КБ
Flame and Shadow [1920]

Sara Teasdale (1884-1933)

Did You Never Know?

Did you never know, long ago, how much you loved мe--
That your love would never lessen and never go?
You were young then, proud and fresh-hearted,
You were too young to know.

Fate is a wind, and red leaves fly before it
Far apart, far away in the gusty time of year--
Seldom we meet now, but when I hear you speaking,
I know your secret, my dear, my dear.

Сара Тисдейл

Знал ли ты?

Ты был молод, но ведь знал, какой большою
Может быть любовь, что ей не страшен холод?
Горд и прям ты был, и чист душою —
Только слишком молод.

Вихрь судьбы листья алые взметает,
Гонит прочь, гонит вдаль порою стылой.
Слышать голос твой мне редко выпадает,
Но я знаю твой секрет, милый, милый.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010

P.S. Огромное спасибо всем за отзывы, критику и собственные переводы в предыдущих постах! Ещё буду отвечать))
k_a_t_z: (Default)
46.07 КБ

"трубадур прерий", его любила Сара Тисдейл - ага, тот самый!

Vachel Lindsay (1879–1931)

(What the Hyena Said)

The moon is but a golden skull,
She mounts the heavens now,
And Moon-Worms, mighty Moon-Worms
Are wreathed around her brow.

The Moon-Worms are a doughty race:
They eat her gray and golden face.
Her eye-sockets dead, and molding head:
These caverns are their dwelling-place.

The Moon-Worms, serpents of the skies,
From the great hollows of her eyes
Behold all souls, and they are wise:
With tiny, keen and icy eyes,
Behold how each man sins and dies.

When Earth in gold-corruption lies
Long dead, the moon-worm butterflies
On cyclone wings will reach this place—
Yea, rear their brood on earth's dead face.

Вейчел Линдсей

(точка зрения гиены)

На небе череп золотой,
Зовётся он Луной —
Там червь живёт, там червь кишит,
Но лунный, не мучной.

Охоч до тухлого мясца
Из золочёного лица —
Вовсю грызёт, сосёт, растёт,
Едва выходит из яйца.

Во тьме густой пустых орбит,
В трухе гнилой златых ланит
Он вьётся, множится, шуршит,
С небес глядит на славный вид:
Там человек вовсю грешит —

Уже смердит, и стол накрыт —
На Землю бабочка летит
И первое кладёт яйцо
На золочёное лицо.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
k_a_t_z: (Default)
228.13 КБ

Charles Marie René Leconte de Lisle


Dans l'air léger, dans l'azur rose,
Un grêle fil d'or rampe et luit
Sur les mornes que l'aube arrose.

Fleur ailée, au matin êclose,
L'oiseau s'éveille, vole et fuit
Dans l'air léger, dans l'azur rose.

L'abeille boit ton âme, ô rose!
L'épais tamarinier bruit
Sous les mornes que l'aube arrose.

La brume, qui palpite et n'ose,
Par frais soupirs s'épanouit
Dans l'air léger, dans l'azur rose.

Et la mer, où le ciel repose,
Fait monter son vaste et doux bruit
Sur les mornes que l'aube arrose.

Mais les yeux divins que j'aimais
Se sont fermés, et pour jamais,
Dans l'air léger, dans l'azur rose!

Шарль Мари Рене Леконт де Лиль


В лазури трепетно-румяной
Златыми нитями струясь,
Рассвет сочится над поляной.

Отринув сон, стрелой багряной
Порхнет пичужка, растворясь
В лазури трепетно-румяной.

Пчела приникла к розе рдяной,
И тамариндовую вязь
Рассвет тревожит над поляной.

Росой напоенный медвяной,
Туман расходится, клубясь
В лазури трепетно-румяной.

И музыкой прибоя рьяной,
С простором вод соединясь,
Рассвет рокочет над поляной.

Но взор, что был так дорог мне,
Угас навеки в смертном сне
В лазури трепетно-румяной.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010


Jan. 12th, 2010 07:33 pm
k_a_t_z: (Default)
6.97 КБ

Sara Teasdale (1884-1933)


Oh, there are eyes that he can see,
And hands to make his hands rejoice,
But to my lover I must be
Only a voice.

Oh, there are breasts to bear his head,
And lips whereon his lips can lie,
But I must be till I am dead
Only a cry.

Сара Тисдейл


Ждут губы, поцелуй тая,
Обнять готовы сотни рук
Тебя, любимый, только я —
Один лишь звук.

Есть груди — приклонить главу,
И взглядов преданных лучи,
А мой удел, пока живу —
Лишь плач в ночи.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010

P.S. Собственные переводы и вариации на тему приветствуются. Спасибо всем за ответы, критику и стихи.
k_a_t_z: (Default)
22.63 КБ

Sara Teasdale (1884-1933)


A wind is blowing over my soul,
I hear it cry the whole night through--
Is there no peace for me on earth
Except with you?

Alas, the wind has made me wise,
Over my naked soul it blew,--
There is no peace for me on earth
Even with you.

Сара Тисдейл


Ветер, ветер на сердце воет,
Плачет, плачет ночь напролёт.
Никак без тебя на свете покоя
Душа не найдёт.

Ветер, ветер правду откроет,
Сердце пронзит, обращая в лёд.
Даже с тобой на свете покоя
Душа не найдёт.


На сердце ветер стонет и воет,
Целую ночь тоску его пью —
Кто без тебя наполнит покоем
Душу мою?

Увы, мне ветер правду откроет,
Сердце нагое в ночи затаю —
Даже ты не наполнишь покоем
Душу мою.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010

P.S. Огромное спасибо всем, кто отозвался на предыдущий пост. Отвечать буду постепенно, много комментов. Опять же, подумать надо, поэт непростой.

P.P.S. Если кто-то снова захочет перевести это сам и опубликовать под своим именем, не стоит заимствовать вместе с рифмами целые строки и уж тем более добавлять рифмы типа "снег-смех" и "туман-обман" — сие не есть хорошо.
k_a_t_z: (heart)
13.65 КБ

Sara Teasdale (1884-1933)


The wind is tossing the lilacs,
The new leaves laugh in the sun,
And the petals fall on the orchard wall,
But for me the spring is done.

Beneath the apple blossoms
I go a wintry way,
For love that smiled in April
Is false to me in May.

Сара Тисдейл


Играет ветер сиренью,
И солнцу рада листва.
Лепестки летят, устилают сад,
Но весна для меня мертва.

Тропа не цветом опавшим —
От снега белым-бела.
Любовь улыбалась в апреле,
А в мае меня предала.


Ветер играет сиренью,
В солнечных пятнах стена,
Полёт лепестков и паренье,
Но не моя здесь весна.

Яблонь цветущих аллея
Зимнею стонет пургой —
Любовь, что смеялась в апреле,
В мае досталась другой.

(c)Перевод. K_A_T_Z, 2010
Page generated Oct. 18th, 2017 02:38 pm
Powered by Dreamwidth Studios